albetina

Categories:

Человечный Израиль

Что меня поразило в Израиле по приезде? Мы ходили в ульпан и вдруг нам наша учительница говорит: «а давайте поставим столы полукругом, чтобы вам было удобней». Ой, я просто была в шоке. Никто никогда в Союзе не говорил мне таких слов:«тебе будет неудобно». Там от меня только требовали: писать ленинские конспекты, быть примерной матерью, убираться в квартире, ты должна, должна, должна... И мне даже в голову не приходило сказать, что вот что-то мне тяжело. Я отвозила детей утром в садик на трамвае, потом бежала на работу, на работе бегала в магазин в обеденный перерыв, после работы забирала детей и везла их домой, дома готовила ужин, а еще вязала и немножечко шила и да, я еще стирала на руках, потому что у нас была такая примитивная стиральная машина с барабаном, куда воду надо было набирать шлангом, а потом сливать через этот же самый шланг и опять набирать для полоскания, короче, иногда легче было постирать на руках. А стиральная-машина-полуавтомат стоила каких-то безумных денег — три моих зарплаты и мы, конечно, были не в состоянии её купить. Постельное белье я кипятила в тазу с перекисью водорода, а муж потом полоскал его в ванной (но зато у меня было белоснежное постельное белье и полотенца). И так вот нас всех тогда воспитывали, что нам даже в голову не приходило не то, чтобы возмутиться такой жизнью, но даже подумать о том, что все это безумно тяжело. Когда мне было 14 лет, моя бабушка, чтобы склонить меня к уборке квартиры, призывала меня пожалеть мать — «ей же так тяжело, она же работает». А матери моей на тот момент было... та-дам, всего 37 лет, самый расцвет, а мне её пытались представить как пожилую, замученную жизнью женщину. И никто и никогда в Союзе не предлагал мне помощь. Хотя нет, вру, был у меня один непонятный случай, который вверг меня в ступор. Я тогда работала в одном секретном институте и только что вышла замуж и вдруг меня вызывает координатор по работе с молодежью к себе в кабинет. Сейчас-то мне понятно, что он был, скорее всего, сотрудник КГБ, которое, как и все, я жутко боялась. Вся на нервах тащусь в этот кабинет, чего он от меня хочет? И вдруг этот товарищ мне говорит: «я знаю, что ты вышла замуж. Может, тебе нужна какая-либо помощь?». Я помню, что так обалдела, что даже не смогла сказать ничего внятного, мне чудился какой-то подвох, я ничего не понимала? Я как могла, поотнекивалась и ушла. И что он, интересно, мог мне предложить?  И только через несколько лет ситуация прояснилась. Я вдруг вспомнила это случай и рассказала о нем мужу. Он мне сказал, ты что, ничего не поняла? Он был еврей, а ты вышла замуж за еврея, вот он и хотел что-то для тебя сделать. Это что было, еврейская солидарность, хоть на словах дать поддержку? Так я и осталась в непонятках.

А вот второй раз я меня серьезно пробило. Мы тогда ходили оформляли старшему сыну гражданство (он приехал по программе «Наале», на полгода раньше нас, а мы все продавали и продавали квартиру). Мы тогда только начали работать, я в Нетании, муж в Иерусалиме, а жили мы тогда в Нешере, под Хайфой, ну и вот, мы отпросились с работы и ходим вместе с сыном по кабинетам мисрад а-пним. Все это заняло почти целый рабочий день. И я уже предвкушаю конец наших хождений и что мы, наконец, вырвемся из всех этих кабинетов... Но не тут-то было. Вдруг чиновница в последнем кабинете в мисрад-а-пним говорит, что у нас не хватает одной бумаги из Иерусалима.  Я аж в лице переменилась, представив, что все это нам придется проходить еще раз и еще раз отпрашиваться с работы, а ведь мы только начали работать... В общем, я почувствовала себя не очень хорошо и все это на моей морде лица отложилось. Конечно, чиновница увидела мой парцуф (рожу) и засуетилась: «да не надо так переживать, мы сейчас позвоним в Иерусалим и они пришлют нам эту бумагу по факсу». И что удивительно, через десять минут нам пришел этот факс и это было так удивительно, что у меня слезы сами собой полились, я просто представила, как я в России прихожу к какому-то чиновнику и у меня нет нужной бумаги и как меня посылают в известном направлении, никто бы со мной даже разговарить не стал.Бедная чиновница из МВД ничего не могла понять, почему я плачу. А плакала я от вот этого человеческого отношения. 

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.