albetina

Categories:

И что же так долго можно считать?

Дело было уже в постперестроечные времена. Я тогда работала в нефтяном институте программистом и в нашем институте потихоньку отпочковывались маленькие дочки малые преприятия, которые рвались зарабатывать деньги.  А деньги там было где заработать. Наш институт разрабатывал ингибиторы для нефтяных месторождений — ингибитор - это такой продукт, который предотвращает отложения солей, парафинов, кальция на стенках труб в нефтяных скважинах. То есть, сначала пробурили скважину, качают нефть, все идет хорошо, но через какое-то время скважина начинает забиваться солями, парафинами, бактериями и еще черт знает чем. И поэтому нефтедобывающие предприятия готовы платить хорошие деньги, только чтобы заставить скважины работать на полную катушку. И вот тут на сцену выступает наш институт, к тому времени раздробленный на кучу маленьких фирмочек. Кстати, к тому времени у нас появилось много клиентов из арабских стран. Тогда я, конечно, не оценила этого в полной мере и только, через несколько лет пребывания в Израиле я поняла, как это хорошо  — у арабов пошла «плохая» нефть. Но к черту арабов, я не об этом.

В общем, меня стало перетягивать на работу одно малое предприятие. Я сначала колебалась, я такой человек, что мне все время как-то неудобно бросить свой отдел, но, в конце концов, корыстные соображения перевесили — платили там раз в пять больше, чем у меня в отделе, так что, отбросив угрызения совести, я скоро оказалась на новом месте работы. Ну, и в начале, как нового сотрудника, меня посадили на программу, которая обрабатывала номера скважин. А этих скважин, оказывается, в Татарии были тысячи, они качали себе нефть в гордом одиночестве, а автоматические датчики вели учет выкачиваемой нефти. Честно говоря, я не помню, как там часто снимались данные, но кассеты, которые нам привозили посыльные, содержали миллионы  и миллионы записей. И что делала эта программа? Номер каждой скважины состоял из нескольких букв и цифр. Но поскольку нефтяники буквы записывали, как кому в голову взбредет — кто русскими буквами, кто латинскими, кто большими, кто маленькими, перед обработкой данных необходимо было привести номера скважин к единому виду. Этим, вот собственно, и занималась программа, которую мне вручили. 

В первый же день обнаружилась весьма неприятная вещь — программа работала ровно девять часов, по сути, весь рабочий день, То есть, я приходила утром, запускала программу и была, как говорится, свободна. И что мне было делать? Мы тогда работали на ДОСе, никакого Windows не было и в помине. Если кто не знает, в ДОС не было никаких окон и любая программа занимала весь объем памяти и весь экран. И весь рабочий день я маялась, не зная, чем мне заняться. Через два дня я поняла, что так я сойду с ума и решила залезть в чужую программу и разобраться, какого черта она там делает целых девять часов, всего-то делов было буковки поменять. И что я там вижу? На каждую букву каждой скважины вызывается утилита (служебная программа), которая переводит эту букву на латиницу. Я прикинула, ну сколько может занимать вызов этой утилиты — пол-секунды, четверть секунды? Ага, но когда записей миллионы, все эти полсекунды складываются в часы. И тогда я просто вставила свой код перевода букв в латиницу внутрь программы и о, чудо. Моя исправленная программа стала работать всего 15 минут!

Но все равно, как только в этом малом предприятии узнали, что мы уезжаем в Израиль, меня тут же уволили. А я и не жалела, те полгода, что мы с мужем не работали перед выездом, мы  жили просто припеваючи.  

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.