albetina

Category:

Сидеть на кондиционере

На дворе стоял 1997 год, начало июня. Мы, совсем свеженькие репатрианты (я с этим словом не совсем согласна, но пусть будет так) буквально две недели как прибыли в Израиль и поселились в славном городе Нешер, что в переводе с русского означает Орел.

И вот, значит, живем мы в Орле и уже ходим в ульпан (курсы изучения иврита). А на улице жара... Градусов сорок, не меньше. Или мне так казалось. Где-то в час или два мы возвращаемся из ульпана и, обливаясь потом, бредем домой по горе вверх. И я думаю только о том, как мне добраться до душа и еще о том,  как здесь люди живут в такой дикой жаре? Кондиционера тогда в  съемной квартире не было и мы ужасно страдали от жары. Потом, правда, купили вентилятор и стало немного легче.

А учительница у нас была очень хорошая. Мадлен её звали. Такая худенькая, невысокого росточка, но как же она много нам объяснила про израильскую жизнь. И про то, как выписывать чеки, и про то, чтобы ничего не подписывать, если не понимаешь написанное, и про то, что если выплаты по машканте такие же примерно, как и арендная плата, то лучше купить квартиру и выплачивать машканту, а не платить чужому дяде. Единственное, с чем я не была согласна с Мадлен, так это с тем, что в супермаркет надо идти с определенной суммой, которую ты планируешь там потратить. И вот это было мне непонятно. А если мне не хватит 10-20 шекелей? Ну, в самом деле. И из-за этого отказываться от покупки? Хотя я, конечно, понимаю, что это было рассчитано именно на репатриантов, у которых с деньгами было очень и очень плохо.

А как мы её понимали с нашим-то минимальным ивритом? А действительно, странно. Но, как-то понимали.

Но и репатрианты тоже были разные. С нами училась пара в двумя детьми (дети еще ходили в детсад), которые сразу на пособие по абсорбции купили стиральную машину, телевизор, микроволновку и что-то там еще, уже не помню, а потом до конца месяца не могли дотянуть и одалживались у соучеников по ульпану на хлеб и молоко.

А мы так боялись остаться без денег и умереть от голода, тем более, что с работой все еще было неясно, что первый год жили без телевизора и стиральной машины. Да-да, я стирала на руках. Да мне уж было не привыкать, потому что в Казани у меня была такая стиралка с барабаном и валиками, через которые надо было протаскивать белье, а у меня на это сил не хватало, так что легче было постирать на руках.

И вот один раз Мадлен устраивает нам сочинение на свободную тему. Говорит, что напишите, что хотите на иврите, хотя бы одну фразу.

И мой муж, который был в восторге от кондиционера в ульпане (а на иврите кондиционер это «мазган»), написал: «как хорошо сидеть в комнате с кондиционером».

Но Мадлен почему-то исправила: «как хорошо сидеть в комнате на кондиционере».

Муж мне говорит: «ну не фига не понял. Почему хорошо сидеть на кондиционере?»

Я взяла в руки его листочек с «сочинением» и прочитала: «как хорошо сидеть в комнате с матрасом» и сказала мужу, что он вместо «мазган» написал «мизрон», то бишь матрас. А Мадлен тебя правильно исправила, хотя она, наверное, тоже ужасно удивилась — чего хорошего сидеть на матрасе?

 

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.