albetina

Category:

Несчастная Швеция

То ли действительно осознав серьезность ситуации, то ли под влиянием неблагоприятных данных социологических опросов социал-демократический премьер Швеции Стефан Лёвен в телеинтервью вынужден был признать то, что отрицал долгие годы, – связь большого числа иммигрантов с обострившейся криминогенной обстановкой в стране. Премьер-министр также добавил, что много лет Швеция принимала так много иммигрантов, что оказалась неспособна обеспечить их интеграцию: “Если недостаточно много взрослых работает, то дети, которые это видят, могут подумать, что это нормально. Есть и другие точки напряжения. Поэтому правительство изменило миграционную политику, и мы теперь принимаем гораздо меньше людей”.

Отмахиваться от проблем действительно становится все сложнее: преступность и насилие со стороны арабских иммигрантов в Швеции принимает драматические формы. Заместитель начальника полиции страны Матс Лёфвинг в интервью, вызвавшем большой резонанс, назвал клановое насилие “системной угрозой”, пояснив: “В настоящее время в Швеции насчитывается не менее 40 преступных сетей, основанных на семейных структурах, так называемых кланах. Они явно прибыли в Швецию c целью заниматься организованной преступностью”. Их влияние уже распространяется на коммунальную политику. Расследование вопроса о том, имеются ли агенты кланов в парламенте, в настоящее время ведется спецслужбами.

Активность полиции и политиков происходит на фоне новых известий о невинных жертвах “войн” между преступными группировками. В августе в Боткирке, к югу от Стокгольма, погибла 12-летняя девочка, случайно проезжавшая мимо, когда члены соперничающих банд устроили перестрелку То ли действительно осознав серьезность ситуации, то ли под влиянием неблагоприятных данных социологических опросов социал-демократический премьер Швеции Стефан Лёвен в телеинтервью вынужден был признать то, что отрицал долгие годы, – связь большого числа иммигрантов с обострившейся криминогенной обстановкой в стране. Премьер-министр также добавил, что много лет Швеция принимала так много иммигрантов, что оказалась неспособна обеспечить их интеграцию: “Если недостаточно много взрослых работает, то дети, которые это видят, могут подумать, что это нормально. Есть и другие точки напряжения. Поэтому правительство изменило миграционную политику, и мы теперь принимаем гораздо меньше людей”.

В течение последнего десятилетия все усилия полиции по сдерживанию ситуации потерпели неудачу. Низкую долю раскрываемости преступлений полиция объясняет тем, что их участники и свидетели молчат, находясь под давлением кланов.

Незадолго до нашумевшего интервью Лёфвинга из второго по величине города Швеции, Гётеборга, пришли новости о том, что две воюющие банды установили дорожные заставы и ввели “комендантский час” в “опекаемых” ими районах с высокой долей иммигрантов. Телеканал SVT показал документальный сериал о мафиозных структурах и коррупции в городе Сигтун, в которых задействованы социал-демократическая верхушка в ратуше (мафиозными методами “приобретавшая” голоса иммигрантов), строительная компания Peab и один из руководителей влиятельной в городе сирийской православной общины.

В 2015 г. Швеция приняла 160 тыс. “беженцев”, что, с учетом численности населения страны, превышает соответствующий показатель ФРГ. “Моя Европа не строит стены”, – заявил тогда Лёфвен. Сегодня он придерживается иного мнения: “Массовая иммиграция, не позволяющая нам осуществлять интеграцию, несет в себе высокий риск возникновения проблем…”

Всё более тревожные новости о “войне” банд ставят партию премьера в сложное положение. Тем более что политические конкуренты – консерваторы и христианские демократы – уже отказались от былых опасений по поводу сотрудничества с правопопулистской партией “Шведские демократы”, которая требует такой же чрезвычайно жесткой политики в отношении иностранцев, какую вот уже 20 лет проводят в соседней Дании.

Еще недавно подобные воззрения политический мейнстрим Швеции считал расизмом. Ныне же “Шведские демократы” предлагают готовить полицейских по сокращенной программе, чтобы быстрее пополнить сильно поредевшие в последние годы ряды сотрудников патрульно-постовой службы. “Ситуация очень острая. Швеция превращается в одну из самых опасных стран Европы. Преступников слишком много, а полицейских слишком мало”, – считает руководитель парламентской группы “Шведских демократов” Хенрик Винге.

Полицейская ассоциация Швеции пока возражает против этого, хотя многие эксперты считают предложение заслуживающим внимания. Тем более что нагрузка на шведскую полицию и дальше будет не только возрастать, но и принимать новый характер. По словам шведских правоохранителей, многие мигранты во втором поколении выросли, чувствуя себя отчужденными от шведского общества, и сгруппировались в банды. Глава разведывательного подразделения Национального оперативного управления шведской полиции Линда Стааф поясняет: “У нас есть три типа криминальных структур: преступные организации, например банды байкеров; клановые криминальные структуры и новый тип преступной культуры – банды в неблагополучных районах, состоящие из мигрантов”. Этот комментарий прозвучал вскоре после заявления Лёфвинга о существовании прямой связи между массовой иммиграцией и ростом уровня преступности. В опубликованном в феврале полицейском отчете говорится, что все лидеры жестоких уличных банд в Стокгольме имели иммигрантское прошлое и более половины из них родились не в Швеции.

Швеция была страной в Европе, которая приняла наибольшее число беженцев на душу населения среди всех европейских стран во время иммигрантского кризиса в 2015 году. Она принимала 10000 новых людей каждую неделю.

Господи, как Швецию-то жалко. Мы были там в 2014 году и гид нам тогда рассказывала, какое прекрасное социальное государство было в Швеции. Образование, в том числе и высшее, было бесплатным. Молодым людям, достигшим 18-летнего возраста выделялись социальные квартиры,  чтобы они могли уйти из родительского дома и строить жизнь по своему разумению. 

А если у человека была, к примеру, депрессия, то ему могли оплатить кругосветный круиз, чтобы он отвлекся и познал радости жизни.

И нам это казалось какой-то фантастикой. Каким-то прекрасным будущим.

Стокгольм
Стокгольм

Правда, тогда уже гид посетовала, что из-за наплыва беженцев получить социальное жилье все труднее и труднее. Предпочтение отдается беженцам. Ну, они же бедные и несчастные и им надо помочь.

Увы и ах, беженцы эту заботу не оценили. Уже тогда нам рассказывали про неблагополучные районы, заселенные этими самыми беженцами — социальные квартиры выделялись в первую очередь им, а молодым шведам предлагали фиг с маслом. И много было рассказов про неблагополучные районы, заселенные иммигрантами — и что туда опасно заходить и про клановую преступность, и про изнасилования молоденьких девушек. 

И, вот теперь, кажется, шведы очнулись. Страна беженцам вовсю помогает адаптироваться к новым условиям, а им это и не надо. Они хотят, чтобы в Швеции царствовал их любимый ислам и интеграция эта им и нафиг не сдалась.

И я даже не представляю, что можно сделать в такой ситуации. Самая жуть в том, что и следующие поколения все более и более радикализуются. Ну, не совместим ислам с европейской культурой. Но исламисты все лезут и лезут в Европу...

Неужели и про Швецию скоро можно будет сказать: «какую страну потеряли...» ?

Заодно уж вспомнила еще про Стокгольм. Мы там посетили здание, где вручаются Нобелевские премии, нет, не мира, а в области науки. Нобелевская премия мира выдается в Осло и некоторыми лауретами никак не получается  гордиться. А я с удивлением узнала, что Нобелевский лауреат может пригласить на вручение премии своих друзей и родственников за счет Нобелевского Комитета. Все женщины должны быть в вечерних платьях, а мужчины в фраках. Ну, уж заодно и попробовали блюда, которые подают на званом обеде, где присутствует шведская королева. Мороженое было очень даже ничего.

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.